Вечный скиталец

Млекопитающее сем. куньих. Единств, вид рода. Длина тела 70—105 см. Телосложение массивное, конечности относительно длиннее, чем у куниц, полустопоходящие, хвост короче (16—23 см ). Шерсть длинная, густая, волос грубый. Окраска светло- или тёмно- бурая, по бокам тела по светлой полосе (шлея). Распространена в тайге и лесотундре Евразии ч Сев. Америки. Характерный обитатель глухой тайги. Два раза в год рождает по 2—3 детёныша, реже 4. Лактация около 3 мес. Питается копытными, грызунами, птицами (преимущественно падалью), летом — также ягодами.

Как и всякое живое существо, росомаха — зверь единственный в своём роде. Размером она с не очень крупную собаку, но обликом сильно смахивает на бурого медведя. Посудите сами: приземистое, крепко сбитое, плотное туловище, сравнительно массивная голова, толстые ноги с широкими пятипалыми ступнями, вооруженными большими, загнутыми острыми когтями(!*) и небольшой хвост. Под очень лохматой шерстью угадывается мощный костяк. И, как у медведя, под внешней неповоротливостью у росомахи тоже скрывается гибкое туловище и мгновенная реакция.(!) Но есть у росомахи не что, не свойственное медведю. Она — полноправный представитель семейства куньих, и у нее имеется прианальная железа. Как у колонка, норки, соболя, выдры, горностая. Только у росомахи выделения этой «фамильной» железы обладают крепким, неприятным и стойким запахом — все живое мчится от него прочь. Волк может попытаться задавить росомаху только раз — по неопытности, потом ни за что ее не тронет. Рысь — тем более. А вот сама росомаха, надеясь на безотказность своего химического оружия, смело ходит по следам и волков, и рысей, и даже по медвежьим!(!) А у рыси даже ее добычу отбирает — аристократически чистоплотная кошка драку с росомахой дольше минуты редко когда выдерживает, фыркает и убегает подальше, потом же долго чистится и откашливается. Правда, у росомахи и зубы крепки, и силы ей не занимать, но в драке с серьезным неприятелем главное ее оружие — химическое. Росомаха — вечный скиталец(!). Бродяга по завещанному ей образу жизни. И это ее нисколько не тяготит. Она не быстра на ноги — собака легко ее догоняет, и даже лыжник, зато поразительно вынослива. В сутки отмахать обычным своим аллюром — вроде бы неуклюже, неторопливо, бочком — километров 20—30, ей ну ровно ничего не стоит. Зафиксированы такие зоологические наблюдения: одна росомаха без остановки — подумать только! — пробежала 70 километров, другая за две недели переместилась по своим неспешным делам на четверть тысячи километров, третья за сутки преодолела... 85 километров. С широкими лапами ей и рыхлый снег нипочем: она проваливается в нем на какой-нибудь десяток сантиметров. И еще из умений росомахи: она отлично плавает, ловко лазает по деревьям, даже гладким и без сучьев(!). У нее прекрасное зрение, хороший слух, хотя обонянием слаба(???).

Общая численность росомахи измеряется какими-нибудь двумя-тремя десятками тысяч голов. Одна от другой живут они в нескольких десятках километров, индивидуальные же владения простираются до тысячи, полутора и даже двух тысяч квадратных километров. Для сравнения: на таких неоглядных просторах обитает до 500 лосей, тысячи северных оленей, около сотни бурых медведей... А вот росомах — одна или две. На бескрайних просторах Амуро-Уссурийского края обитает не более 400 росомах, на огромной площади Якутии – около двух тысяч. Всего же на территории бывшего СССР насчитывалось семь-восемь тысяч росомах. Примерно столько же было и белых медведей. Но ведь их когда-то водилось в Арктике в десятки раз больше, росомаха же и тогда была редкой. Почему же? А вот мудрая природа так определила, и не без оснований: трупоедов и санитаров в обедненных северных биоценозах не требуется так уж много. Росомахи, вороны, песцы. Широко перемещаясь по своим немереным владениям, росомаха, постоянно ищет трупы павших или недоеденных животных — в основном диких копытных — и съедает их. Потому-то и зовут ее хищником - трупоедом. В глубоснежье и при насте эта не такая уж и безобидная хищница способна и сама загонять до потери сил и задавить вполне здоровое копытное животное. Но такое случается редко. В среднем из десятка съеденных росомахой оленей семерых она подбирает павших или кем-то зарезанных, а из тех трех, что давит сама, если не все, то два по крайней мере бывают неполноценными. Худая трава — из поля вон. И в этом отношении росомаха — настоящий санитар и селекционер, оздоровляющий популяции копытных животных, освобождающий их от больных и неполноценных, способных заразить тысячи здоровых собратьев.